Корни: кубинский дансон
Ча-ча-ча вырос из дансона — традиционного кубинского танца и жанра, под который танцевали в клубах и на балах Гаваны. К середине века дансон смешался с модным мамбо, и получилась музыка яркая, но непростая: сильные синкопы, акценты не там, где их ждёт нога.
Энрике Хоррин: музыка, под которую удобно танцевать
Кубинский скрипач и композитор Энрике Хоррин играл в оркестре «Америка» и видел проблему из зала: большинству танцующих было тяжело с сильно синкопированным ритмом. И он сделал ход, обратный моде, — упростил. Убрал из мелодий лишние синкопы, чтобы шаг ложился на счёт, и добавил короткие припевы. Оркестранты пели их хором, в унисон, — так слова было лучше слышно в зале.
Первой известной пьесой нового стиля считают «La engañadora» («Обманщица»). Хоррин сочинил её в 1951 году, в том же году она впервые прозвучала перед публикой, а в марте 1953-го оркестр «Америка» записал её на пластинку. Запись разошлась так, что стала самым продаваемым синглом своего лейбла, — и новый ритм пошёл по Кубе.
Откуда название «ча-ча-ча»
Имя танцу дали не музыканты, а танцующие. В гаванском клубе Silver Star заметили, что на трёх быстрых шагах подряд туфли характерно шаркают по паркету: ча-ча-ча. Звук шагов и ритмический рисунок музыки совпали — так и назвали.
Это редкий случай, когда название танца буквально проговаривает его счёт. Для новичка до сих пор лучшей подсказки не придумали: «раз-два-ча-ча-ча» можно сказать вслух, и ноги сами встают в ритм. Подробнее про счёт и шаги — в статье «Ча-ча-ча — танец: ритм, шаги, с чего начать взрослому».
Америка: к середине пятидесятых — везде
Кубинский ритм быстро перебрался в США и покорил любителей социальных танцев в ночных клубах. К 1955 году ча-ча-ча — и музыка, и танец — был популярен по всей Латинской Америке, в Штатах и в Западной Европе, пройдя по следам мамбо. Помогло время: как раз тогда входили в быт телевидение и долгоиграющие пластинки, и новые ритмы разлетались быстрее, чем когда-либо.
Европа: Monsieur Pierre и бальный паркет
В Европу танец привёз лондонский педагог, выступавший под именем Monsieur Pierre, — француз Пьер Зуршер-Марголь. Ещё в 1947 году он съездил на Кубу посмотреть, как там на самом деле танцуют румбу, увидел, что кубинцы делают это иначе, чем принято в Лондоне, и начал перестраивать европейскую школу. В начале 1950-х, после новых поездок вместе с партнёршей Дорис Лавелль, к латиноамериканской программе добавился ча-ча-ча. Так сложилась пятёрка — самба, ча-ча-ча, румба, пасодобль и джайв, — на которой до сих пор держатся и обучение, и соревнования.
Главное, что сделали Пьер и Лавелль, — переложили клубный танец на язык бального паркета: с чёткой техникой, счётом и правилами, по которым его можно преподавать и судить. В 1960-е эту технику развил Уолтер Лэрд. В русскоязычных пересказах Пьера и Лавелль часто склеивают в одного «Пьера Лавелля», но это два человека — педагог и его партнёрша.
Как ча-ча-ча попал в СССР
Фестиваль 1957 года. Огромным толчком стал VI Всемирный фестиваль молодёжи и студентов — Москва, 28 июля — 11 августа 1957 года. В его рамках по инициативе небольшой группы московских энтузиастов в Колонном зале Дома союзов прошёл первый международный турнир по спортивным танцам. Для многих советских танцоров это был первый шанс увидеть зарубежных исполнителей вживую, а не пересказом.
Кубинская дружба. В 1960-е, на фоне тесных политических и культурных отношений СССР и Кубы — время песни «Куба — любовь моя», — кубинские мелодии зазвучали по радио и в кино, а латиноамериканские ритмы стали проникать в советскую культуру.
Ленинград и Прибалтика. Официально «западные» танцы не поощрялись, но в крупных городах открывались любительские студии и клубы бального танца. Лидерами шестидесятых были Ленинград и республики Балтии. Позже, в брежневские годы, в противовес западноевропейской и латиноамериканской программам «добровольно-принудительно» насаждали отечественную программу из советских бальных танцев — но латина из залов не ушла.
Перестройка и девяностые. Самый мощный подъём бального танца начался с перестройкой, с 1985 года. А в 1990-е, когда открылось множество частных танцевальных клубов, латина — и ча-ча-ча вместе с ней — стала доступна всем желающим, а не только спортсменам.
Ча-ча-ча сегодня
Сегодня ча-ча-ча — один из пяти танцев латиноамериканской программы на международных турнирах по бальным танцам. От кубинского клуба в нём остались озорство, флирт и та самая тройка быстрых шагов, от бального паркета — строгая техника, каблук и точный счёт.
В DanzAventura ча-ча-ча — один из первых танцев, которые учат новички: ритм проговаривается словами, базовый шаг почти не требует места, а связка быстро начинает выглядеть как танец. Каким он получается у наших учениц, видно в номере «Красотка» — он есть среди клипов школы. И раз Ленинград был одной из столиц советского бального танца ещё в шестидесятые, Петербург для латины — место вполне историческое.
Хотите станцевать историю, а не только прочитать? Группа с нуля занимается по средам и пятницам в 18:00 на Конторской, 15Б, пробное занятие — 1 100 ₽. Расписание и цены, а если сомневаетесь, получится ли без опыта, — вот ответ.